Как полюбить искусство (современное и не очень)? Говорим с Анастасией Митюшиной о музеях, которые запомнились в детстве, художниках и арт-планах на ближайшее будущее.
Какой музей в детстве был самым любимым? Какая работа?
Это был ЦДХ, Центральный дом художника. Перед ним стояла синяя стелла. Мы с другом, пока ждали в очереди, любили вокруг нее прыгать и скакать. А работа — движущаяся скульптура Жана Тэнгли перед входом в тот же ЦДХ.
Первая выставка, которая произвела на вас впечатление?
Та, которую я осознанно запомнила и даже делала записи в дневнике, — это рисунки Иванова. Я тогда училась в художественной школе. Кажется, это было в Инженерном корпусе Третьяковской галереи. У меня был блокнот с кувшинками Моне на обложке, и там я пыталась разобраться, как устроен академический рисунок Иванова. Тогда я еще размышляла и сомневалась — становиться художником или нет. И это было очень сильное впечатление: в его рисунках есть сила, четкость, но нет академической зашоренности.
Что вы сами рисовали в детстве?
Я рисовала разное — в основном то, что задавали. На каникулах писала натюрморты, потому что нужно было приносить работы к осени. Придумывала трогательные открытки к Новому году для всей семьи — получалось смешно: под копирку, контуры одинаковые, а раскрашивала по-разному. Живопись у меня выходила лучше, чем рисунок. Но мне очень нравилось приходить в школу по выходным, когда никого не было, сидеть тихонько, наслаждаться движением карандаша и тем, как он по-разному шуршит по бумаге.
Что любят рисовать ваши дети?
Они любят рисовать всякие шалости — то, о чем думают или что им нравится. Иногда мы рисуем вместе. Когда дети были маленькие, это было идеальным досугом. Мне сложно было играть с ними в «Лего» или катать машинки, но рисовать вместе мы могли часами. Еще мы очень любим играть в «Чепуху» — у сюрреалистов это называлось Exquisite corpse. Один рисует голову, потом сгибает лист, второй продолжает тело, не видя, что было до него. Потом разворачиваем — и хохочем. Иногда таким героям придумываем имена и судьбы.
Книга по искусству, с которой следует познакомиться как можно раньше?
Не думаю, что есть одна универсальная книга. Все дети разные, у всех разный вкус, глаз, восприятие цвета и книг. Мои попытки покупать альбомы с «правильными» иллюстрациями успехом не увенчались. Впечатления случаются случайно. Например, однажды с дочкой мы наткнулись на книжку издательства V–A–C «Новый наряд короля» в кафе, прочитали — и она запомнила ее на годы. Ей было три года, и она до сих пор ее вспоминает. Почему — не знаю: из-за иллюстраций или потому что я читала спокойно и включенно.
Как не отбить у детей интерес к искусству?
Не заставлять. Мои дети выросли среди выставок: я возила их с собой в музеи еще грудными. Иногда им хотелось оставаться, иногда нет. Я старалась не настаивать. Хотя часто взыгрывает, что я куратор, историк искусства, и дети «должны» любить искусство. Но в итоге я это отпустила.
Как вы объясняете детям современное искусство?
Никак. Мы просто смотрим его вместе, как и классическое. Из моего опыта у детей в целом нет этих рубрикаторов: «современное искусство», «несовременное искусство».
Есть ли у вас общий любимый музей? Как часто вы там бываете?
Наш общий любимый музей — «Гараж», где я работаю. Дети чувствуют себя там как дома: могут бегать, и я спокойно отпускаю их, зная, что охрана присмотрит. Им нравится свобода — можно, например, доехать до парковки на электрокаре. Нравится и сама архитектура: ненавязчивая, недогматичная, с большим характером и простором.
Что мечтаете увидеть вместе с детьми этой осенью?
Если все сложится, окажемся в Венеции. Я хочу показать им город, о котором они столько слышали. Даже не музеи, а детали — ступени у воды в районе Риальто, тихую площадь у церкви Сан-Стае. Хочу, чтобы они услышали, как он звучит. И, конечно, посмотрим биеннале. Мечтаю показать основной проект Карло Ратти — как архитекторы экспериментируют с устройством нашего будущего.
