Пространство со вкусом: «Кофемания» в Лужниках, Sangre Fresca, UNI, Boreal

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Наверное, он может быть любым. Люди разные и вкусы разные. Главное – соблюдать пропорции. Они важны везде, ресторан в этом случае не исключение. Ведь нельзя себе представить рецепт блюда без четкого описания, сколько и в какой пропорции взять того или другого ингредиента. Так и в интерьере. Тут даже движение персонала становится важной деталью. 

Что самое сложное при проектировании интерьера?

Функционал работы кухни и вентиляции. 

Что самое интересное?

Всегда интересно начинать новый проект. 

Открытая или закрытая кухня?

Открытая кухня дает возможность показать драматургию работы кухни.

Привязка к контексту обязательна?

Всегда и во всем. 

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Это как будто сейчас нужно в одной фразе попробовать поделиться всем опытом работы. Секрет работы в том, что нужно любить то, что ты делаешь. Рестораны любить. 

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

Одно из самых интересных мест – это ресторан Fäviken, но он уже закрыт, к сожалению. 

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

Для меня это самое важное. 

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место?

Ресторан UNI в Париже был открыт в октябре прошлого года. Посетить стоит потому, что там вкусно и красиво.

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Возвращаться хочется в те места, которые интересно рассматривать и находить для себя новые детали с каждым визитом. Вау-эффект важен, тем не менее, яркие образные решения со временем перестают удивлять. Даже небольшие декоративные мелочи, особенно их нетипичное расположение в интерьере, иногда притягивают взгляд сильнее, чем тотальные инсталляции — хотя и у них есть свое очарование. Все это работает только в том случае, если пространство ресторана удобно как для посетителей, так и для его сотрудников. Да, звучит скучно и банально, но без такого фундамента невозможно двигаться дальше. 

Что самое сложное при проектировании интерьера?

Конечно, когда мы говорим про успешный ресторан, мы в первую очередь имеем в виду выдающуюся кухню и хороший интерьер, но самый важный фактор — это сообщество, которое формируется вокруг места. Мы очень гордимся, что у наших пространств есть такое свойство, и гордимся тем, что мы и сами становимся частью этих сообществ. У нас сложилось долгосрочное партнерство с Артуром и Зарой Берсировыми. Мы делаем проект примерно раз в пять лет: в 2014 году появилось кафе Nude. Coffee & Wine на Спиридоновке, в 2019 году заработал петербургский ресторан Sight. Coffee & Dine. И вот в 2025 году в Хельсинки открылся Bоreal. Особенным этот ресторан сделало очень слаженное, отработанное и уважительное к голосам друг друга взаимодействие. Мы надеемся, что этот заряд почувствуют и посетители ресторана. 

Что самое интересное?

Самое интересное — это выявить элемент, который объединит кухню, интерьер и идею ресторана. Он как путеводная нить подскажет все остальные решения и позволит выжать из пространства максимум, даже несмотря на технические ограничения. Это может быть даже что-то нарочито прямолинейное. Так, в Boreal появилась красная линия на стене, которая проходит через весь интерьер и отражается в небольших цветовых акцентах мебели и декора. 

Открытая или закрытая кухня?

Все зависит от концепции ресторана. В Boreal вместо отдельных позиций посетителям предлагается сет блюд. Это даже не меню, а гастрономическая программа, как в театре — состав формируется под конкретный сезон года. Такому подходу нужна достойная сцена, а открытая кухня как раз позволяет наблюдать за процессом работы поваров. 

Привязка к контексту обязательна?

Это наш первый проект в Хельсинки, и как всегда в нашей практике — новый город, новые вводные. Мы умеем прогнозировать и решать проблемы, которые возникают в новых локациях — без погружения в контекст сделать это невозможно. Тут очень важен партнер на месте, и бюро архитектора Ульяны Майсовой отлично проявило себя. К тому же, и у владельцев, и у нас была задача поместить новый ресторан в правильное сообщество. То, как работает команда ресторана под руководством шефа Паши Демина, соответствует и нашим взглядам на проектирование. Использование дикоросов, внимательное отношение к выбору поставщиков продуктов и глубокое понимание гастрономического контекста Финляндии в переводе на архитектурный язык означают работу с визуальным кодом страны, поиск локальных подрядчиков и материалов, характерных именно для этого региона. Создавая Boreal, мы балансировали между особенностями, определяющими образ стран Балтии, и пересечениями этой специфики с другими культурами. Эргономичные решения вроде станции официантов на альпинистских стропах — наш оммаж финскому дизайну, интуитивно удобному и человечному. В интерьере огромное количество предметов разного масштаба — от мебели до посуды — создавалось на заказ местными мастерскими, а декор и искусство мы выбирали среди скандинавских авторов. 

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Мы всегда работаем в связке с искусством. Не может быть «глубокого» интерьера, работающего на разных уровнях, без искусства. Так и в Boreal мы ориентировались на местную художественную сцену, а также искали работы, перекликающиеся с выбранной нами палитрой материалов, или даже с ингредиентами блюд. Так в интерьере появилось настенное панно художницы Янны Сованойа из березовой коры — береста отлично работает с нашим интерьером, особенно с плетеными спинками посадочных мест. Художник Якко Маттила использовал шафран и свекольный сок для создания своей работы в общем зале. Работы Саши Хубер и Карло Райманна приобретены в галерее Lokal, которая, как и Boreal, расположена в Дизайнерском квартале Хельсинки. Это была прекрасная возможность создать сообщество вокруг нового места — и мы уже видим по соцсетям, что пространства подружились и даже начали сотрудничать!

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

Раз уж мы начали говорить про искусство, то ресторан Four Seasons в знаменитом Сигрем-билдинг мог похвастаться практически музейным собранием — в его интерьерах были работы Пабло Пикассо, Хуана Миро, Джексона Поллока, проходили временные выставки. Ресторан уже закрылся, но это было одно из тех обстоятельств, которые сделали ресторан легендарным. Даже сам факт отказа Марка Ротко передать ресторану произведения, созданные специально для этого интерьера, уже обессмертил Four Seasons. Вот такой вот маркетинг на века. 

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

Да, это очень важный фактор, чтобы получить то самое впечатление. В Boreal много работают с ферментацией продуктов, и эта особенность отразилась и в интерьере. Так светильники в основном зале были созданы из пластов комбучи, которую команда ресторана вырастила специально для этой задачи. Мягкий янтарный блеск полупрозрачного материала оттеняют детали из ткани с вышивкой ришелье. 

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место?

Boreal – это наш третий проект бюро с рестораторами Зарой и Артуром Берсировыми. Наше сотрудничество началось в 2013 году с интерьера Nude. Coffee & Wine в Москве, а спустя несколько лет мы снова объединились, чтобы создать интерьер ресторана Sight. Coffee & Dine в Петербурге. Boreal — это совместный проект Зары и Артура с шеф-поваром Павлом Деминым. Наблюдать за тем, как работает и мыслит команда Boreal для нас – очень интересный творческий вызов. К тому же, сама концепция и номадическое настроение ресторана близки нам лично: сейчас наша команда работает по всему миру, мы рады вложить весь свой мультикультурный опыт в создание этого проекта. Кстати, местная критика очень тепло приняла ресторан и даже прочит ему звезду Мишлен.

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

На мой взгляд, большинство интерьеров ресторанов связано с эмоциями. Иногда мы получаем запросы: сделайте нам интерьер с вау-эффектом или яркий интерьер для социальных сетей. Для нас это достаточно поверхностный подход, мы чаще работаем с более глубоким пониманием и апеллируем к чувствам гостя, которые вызывает интерьер и пространство. Мы любим говорить с гостями через планировочное решение, формы мебели, предметы, освещение – это язык, говорящий о чувстве заботы и безопасности, комфорте и радости внутри.

Что самое сложное при проектировании интерьера?

В нашей практике это условия сжатых сроков и наличие ограничений влияют на то, как возможно сделать проект, равный первоначальной задумке. Это требует больших усилий и вовлечения в каждый этап. Мы видим, что не все подрядчики готовы к нестандартным решениям ввиду отсутствия опыта, профильного оборудования и мотивации сделать более индивидуальный продукт.

Что самое интересное?

Интересно работать в тандеме с рестораторами-визионерами. Любим проекты, которые отличаются от основного рынка, любим новые идеи, концепции, подходы. Интересно работать с креативными молодыми шефами. Конечно, отдельная любовь –  это работа с сильными командами, где процесс не пущен на самотек, где существует организованная система ведения проекта, у таких команд всегда все в срок и качественно.

Открытая или закрытая кухня?

100% открытая кухня с хорошей вентиляцией.

Привязка к контексту обязательна?

Думаю, это вопрос конкретного проекта. Иногда, да. Если мы принимаем решение, что в данном проекте нам важно подчеркнуть связь с архитектурным контекстом, то мы выстраиваем связующие «мосты», которые мягко заходят в интерьер: декор, искусство. Иногда мы нарочно игнорируем контекст и фокусируемся только на создании нашего впечатления в самом пространстве. 

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Планировка пространства = фундамент проекта. Я люблю собирать нестандартные планировки в ресторанах. Мне нравится, когда кухня, бар и посадки выстроены иногда нелогичным для восприятия человека образом. Но в таких решениях всегда есть ядро, когда через планировку раскрывается интерьер. Такой тандем мне видится главным в работе над рестораном.

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

Я люблю, когда большие архитекторы делают камерные небольшие проекты ресторанов или кафе. Мне такой тандем видится действительно значимым для индустрии. Например, парижский винный бар – ресторан Le Dauphin, спроектированный Ремом Колхасом. Если говорить про вечерние рестораны с поводом (праздничный ужин, свидание), то это, безусловно, Cherry в Париже в квартале Сен-Жермен. Также отдельным блоком стоят рестораны при отелях, один из фаворитов – флагманский ресторан PIC при отеле Beau – Rivage Palace в Швейцарии.   Норвежский ресторан Iris – пример действительно уникальной архитектуры. Мне нравится, как гости, медленно подъезжая на лодке к плавучей инсталляции Salmon Eye уже получают чувственный опыт – проект тандема Kvorning Design. и Norm Architects.

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

В своем подходе мы не очень любим связь «китайская кухня = дизайн в стиле oriental». Зато авторские проекты с шефами очень любим – тут прослеживается тесная связь авторской концепции с дизайном в единой интерпретации.

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место? 

Мы нежно любим нашу «Кофеманию» в Лужниках. Во-первых, потому что это супер удобно после занятий теннисом зайти на кофе или провести встречу.  «Кофемания» в Лужниках – полностью авторский проект. Все, кроме стульев и освещения, спроектировано нами. Очень долго мы искали нужный нам декоративный свет и в этом проекте собраны наши фавориты: винтажные световые скульптурные светильники 1986-го года Ingo Maurer Ilo Ilu Light Sculpture, Dimore Studio, ручные светильники из бронзы и алебастра Gaia Petit от Garnier & Linker. В целом, этот проект для нас стал новым подходом, где мы ювелирно вытачивали каждую деталь: паркет из травертина, панели из шпона сикоморе и другие элементы. Очень внимательно мы относимся к выбору стульев для ресторанов. Проходимость и износостойкость стульев – важный аспект при выборе места. Мы любим датские и финские бренды. В Лужниках собрана коллекция из Fredericia, Artek и наши любимые стулья Monarch фабрики Carl Hansen коллекция 1944-го года.

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Чтобы люди хотели возвращаться в ресторан, интерьер должен работать как продуманная среда, в которой гость чувствует себя комфортно на всех уровнях. Это значит, что ему должно быть удобно сидеть, а у него должна быть возможность выбрать место под настроение — уютный уголок для двоих, стол для компании или место у окна, если он один. Пространство должно быть понятным без указателей — гость сразу видит, куда пройти и где находится бар или кухня. Освещение в ресторане — главный инструмент создания атмосферы. Многослойная структура света позволяет зонировать пространство без перегородок, создавая камерные островки приватности даже в большом зале. Важно и ощущение защищенности: места у стен или в нишах всегда воспринимаются как более уютные. Интерьер должен быть честным — соответствовать тому, что предлагает кухня, и не обманывать ожиданий. Самый удачный интерьер — тот, который не кричит, а остается на втором плане, позволяя людям сосредоточиться на общении и еде, заботясь об их комфорте каждую минуту.

Что самое сложное при проектировании интерьера? 

Ключевая сложность заключается в необходимости синтезировать дизайн, концепцию с техническими нормами и требованиями маркетинга, создавая среду, где дизайн работает не только с точки зрения эстетики и функциональности пространства, но и как инструмент повышения рентабельности.

Что самое интересное?

Увлекательна сама природа этой задачи: ты проектируешь не просто объект, а систему, которая должна функционировать как хорошо отлаженный механизм и одновременно воздействовать на подсознание, управляя восприятием и поведением. Это требует синтеза совершенно разных дисциплин — от эргономики и инженерии до психофизиологии восприятия цвета и света, от маркетинга до театральной режиссуры. В ресторане человек воспринимает среду всеми органами чувств одновременно, и архитектор должен контролировать каждый канал: тактильность материалов, которая считывается на уровне кожи, акустический профиль помещения, влияющий на приватность и комфорт, сложносочинённые световые сценарии, меняющие геометрию пространства и цветопередачу блюд, и даже обонятельный фон, который интерьер может либо акцентировать, либо нейтрализовать.

Открытая или закрытая кухня?

Выбор кулинарной концепции с позиции архитектурного проектирования и маркетинга — это не вопрос эстетических предпочтений, а стратегическое решение, определяющее всю структуру пространства, характер взаимодействия с пользователем и экономическую модель объекта. Не существует универсально предпочтительного типа кухни, однако существуют концепции, предоставляющие более широкие возможности для создания архитектурного нарратива и формирования устойчивого гостевого опыта. С точки зрения объемно-планировочных решений наибольший интерес представляют концепции, допускающие интеграцию открытых производственных зон. Тип открытой кухни трансформирует кухню из служебного помещения в доминанту пространственной композиции, драматургический центр интерьера. Это требует принципиально иного подхода к проектированию: гигиенические зоны, вентиляционные системы, световое оборудование и отделка должны быть разработаны с тем же уровнем детализации, что и гостевые зоны, поскольку становятся частью визуального поля посетителя.

Привязка к контексту обязательна?

Привязка к контексту в проектировании интерьера не является обязательством, но представляет собой фундаментальный профессиональный принцип, определяющий качество и состоятельность архитектурного решения. Можно спроектировать интерьер в полной изоляции от окружения, и технически это будет выполнимая задача, однако такой подход почти гарантированно приведет к созданию пространства, лишенного подлинности и эмоциональной глубины. Принципиально важно различать прямое цитирование контекстуальных элементов и их концептуальную интерпретацию. Профессиональная задача заключается не в копировании исторических стилей или буквальном использовании местных материалов, а в выявлении структурных закономерностей среды и их трансформации в архитектурный язык интерьера.

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Работа с пространством строится на понимании того, что ресторан является средовым объектом, где гость одновременно выступает и наблюдателем, и участником пространственного действия, а задача архитектора заключается в создании условий для бессознательного комфорта при сохранении полного контроля над функциональными процессами. Это проявляется через работу с периметром помещения как с ключевой зоной, использование перепадов уровней для создания иерархии мест, систему невидимых границ для регулирования межличностной дистанции. Наиболее состоятельным является то решение, которое не приковывает внимание к себе, а создает условия для возникновения события, оставаясь на втором плане восприятия.

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

Хотелось бы привести в пример проект Lilo в Калифорнии (студия Bells + Whistles). Этот ресторан получил звезду Мишлен всего через шесть недель после открытия — случай в мировой практике исключительный, и достигнут он во многом благодаря грамотно спроектированному пространству. Здесь периметральная посадка реализована не буквально, а через создание камерных, защищенных зон, которые дают гостю то самое чувство опоры и контроля, о котором мы говорили ранее. Плавный переход из сада с живым деревом в основной зал создает мягкую градацию публичности, а теплая земельная палитра и тактильные фактуры стен, напоминающие слоистые структуры местных скал, обеспечивают психологический комфорт и связь с контекстом. Но главное — открытая кухня здесь становится не просто производственным блоком, а смысловым и композиционным центром. Вокруг неё выстроена вся драматургия: гости собираются у 14-местного шеф-стола и двух интимных столиков прямо у зоны приготовления, наблюдая за работой поваров в режиме реального времени.

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

В профессиональной практике связь интерьера и кухни строится на том, что пространство и еда работают вместе, создавая целостное впечатление. Интерьер задаёт настрой еще до того, как блюдо оказалось на столе — материалы, цвета и фактуры выбираются так, чтобы поддерживать гастрономическую идею, будь то природные текстуры для фермерской кухни или сдержанный минимализм для авангардных экспериментов. Свет здесь играет ключевую роль: он не просто освещает, а выделяет блюдо, создает нужную атмосферу. Самый яркий пример соединения — открытая кухня, где приготовление становится частью интерьера, а сам процесс — зрелищем, вокруг которого выстраивается всё пространство.

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место?

В проекте ресторана Sangre Fresca каждый элемент интерьера работает на создание целостного впечатления, где эргономика, свет и контекст сплетаются в единый сценарий. Пространство выстроено вокруг открытой кухни, которая становится главной сценой: посадка спланирована так, чтобы практически с любого места гость мог наблюдать за процессом приготовления, а барная стойка превращена в амфитеатр, создавая ощущение присутствия на кулинарном перформансе. Освещение поддерживает эту драматургию — строгие черные светильники задают ритм и подчеркивают индустриальную эстетику, тогда как латунные плафоны в виде тропических листьев добавляют камерного тепла и неожиданной природной графики. Но главная сила проекта — в диалоге культур: европейская часть концепции проявлена через благородную теплую штукатурку и мрамор, а мексиканская — через черно-белую геометрию пола и колонн. Фреска с мексиканскими джунглями становится смысловым якорем, связывающим строгую графику с буйством жизни и превращающим интерьер в пространство с узнаваемым характером, где хочется задержаться.  

Каким должен быть интерьер ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Интерьер должен быть продолжением кухни и философии места. Пространство, еда, сервис, интонация общения — это единый сценарий. Для меня важно совпадение: если это простая, быстрая кухня — пространство не должно выдавать себя за исторический дворец. Если это ресторан, апеллирующий к культурному наследию страны, интерьер обязан поддерживать это объемом, светом, материалами и масштабом. Я обращаю внимание на сценарий входа: встречает ли гостя широкая, парадная зона или, наоборот, камерный переход, который постепенно погружает в атмосферу — как в закрытый клуб или частное палаццо. Возвращаться хочется туда, где все «бьется»: кухня, визуальный язык и пространственная драматургия совпадают.

Что самое сложное в проектировании?

Самое сложное — изменения после того, как концепция уже сформировалась. После глубокого анализа бренда, изучения философии и работы с планировкой у дизайнера формируется целостная картина. Каждый предмет в ней связан композиционно. Замена одного элемента иногда разрушает баланс всей системы. Можно неделю искать новую люстру — и не найти достойную замену, так как акценты в пространстве часто незаменимы. Работа с цельностью — самый тонкий и уязвимый момент в проектировании.

Что самое интересное?

Самое интересное — концепция в широком смысле. Мне близка работа не только с интерьером, но с брендом целиком: айдентика, тон коммуникации, сценарии поведения гостей и даже персонала. Это похоже на написание сценария фильма. На первом этапе проекта я собираю референсы не только из ресторанной среды. Источником может стать исторический музей, архивный предмет, старинные предметы быта — важен не жанр, а настроение и способ подачи. Как архитектор, я глубоко работаю с объемами, осями, композицией. Но не менее важны детали — стыки, переходы, узлы. Самое увлекательное — видеть историю, выделять ее суть и переносить в новую функцию, в новый контекст.

Открытая или закрытая кухня?

Мне важен не формат, а посыл. В России открытая кухня стала привычной. В Лондоне, например, это до сих пор воспринимается как нечто необычное и уютное. Я люблю наблюдать за процессом — особенно если униформа персонала поддерживает эстетику места. Но если концепция требует скрытой кухни — это тоже может быть оправдано. Всё зависит от философии бренда и того, как он выстраивает диалог с гостем.

Привязка к контексту — обязательна?

Если есть исторический контекст — его можно использовать. Но не обязательно буквально. Иногда работает контраст. Сейчас я нахожусь в Марокко, где риады скрывают роскошные внутренние дворы за неприметными фасадами. Снаружи — ничего, внутри — другой мир. Такой прием — сильный инструмент: удивить, ошеломить, создать эффект открытия. Вопрос всегда в том, строится ли бренд на традиции или на контрасте.

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Для меня нет разделения на «коммерческое» и «частное». Любое пространство — это опыт. Главный инструмент — личный опыт проживания. Невозможно проектировать рестораны, не будучи их постоянным посетителем. Нужно путешествовать, жить в разных отелях, сравнивать атмосферу, наблюдать, как работает свет, звук, сервис. Фотографии интерьеров не дают ощущения погружения. Его нужно прожить. И только имея этот накопленный опыт, можно быстро почувствовать направление и предложить точное решение.

Интерьеры, на которые стоит обратить внимание?

Я довольно много путешествую, и в каждом городе можно найти множество разных, но одинаково значимых для опыта мест. Сейчас я нахожусь в Марокко и иду в Dar Yacout в Марракеше — ресторан, оформленный Биллом Уиллисом, который также работал над виллой Oasis Ива Сен-Лорана и Пьера Берже. Я еще не была внутри, но для меня уже интересна сама связка: национальная музыка, костюмы, ритуал встречи гостей и кухня как часть полноценного культурного погружения. Здесь интерьер — не фон, а театральная сцена, поддерживающая гастрономию. Прямо перед Марокко я была в Лондоне. Среди недавних открытий — Martino’s, а также другие проекты его владельца — The Dover и Dover Street Market. Это разные по характеру пространства, но в них чувствуется точная работа с атмосферой. В Martino’s — плотная итальянская эстетика с легким налетом ар-деко, в The Dover — камерность и почти клубное ощущение. В этих местах особенно важен свет — теплый, приглушенный, создающий ощущение защищенности. Если свет выстроен правильно, возвращаться хочется почти автоматически.

Синестезия: связь интерьера и блюда. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

Интерьер и блюдо — неразрывны. Это одна история. Первое касание сегодня происходит в цифровой среде: визуал пространства и еды уже формируют ожидание. Далее — удобство бронирования, коммуникация, сервис. Затем — атмосфера, музыка, запахи, тактильность меню, композиция блюда на тарелке. Все должно работать в связке. Я люблю готовить и внимательно отношусь к подаче. Композиция еды — это та же работа с балансом, пропорцией и ритмом, что и в интерьере. Эстетическое удовлетворение возникает, когда все выстроено точно.

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место?

Недавно я завершила проект кофейни в Дохе. Концепция строилась вокруг музыки и кофе: виниловые пластинки, проигрыватели, атмосфера гостиной или зоны ожидания перед студией звукозаписи. Это проходное пространство, не рассчитанное на длительное пребывание, но оно создает четкий характер и настроение. Меня интересуют проекты более масштабного формата — пространства с множеством функций, где можно выстраивать полноценный сценарий проживания. Идеальный для меня проект — это «город в городе»: отель, спа, термы, зоны восстановления, библиотека, мастерские, гастрономия. Пространство, где человек проживает разные состояния — отдых, концентрацию, общение, уединение. Меня привлекает идея среды, освобожденной от бытового напряжения, где присутствует постоянное ощущение заботы. Ресторан или кафе в таком контексте становятся не просто местом приема пищи, а частью целостного опыта.

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Помимо эстетических характеристик и грамотной работы с пространством, интерьер должен быть продолжением философии бренда и атмосферы, которую создает команда заведения. Когда всё на своих местах и работает на общую идею — в такое место хочется возвращаться снова и снова.

Что самое сложное при проектировании интерьера?

Самое сложное — техническая часть в жестких временных рамках. Мы досконально вникаем в процессы: проектируем кухню и бар совместно с технологами, разрабатываем мебель и конструкции барных стоек и другой мебели с учетом эргономики и требований рабочего процесса. Поэтому уложиться в сжатые сроки при таком объеме документации и согласований — всегда вызов.

Что самое интересное?

Знакомство с брендом и людьми, которые за ним стоят. Погружение в философию заказчика и поиск способов отразить ее в интерьере. Наша работа — всегда про людей.

Открытая или закрытая кухня?

Это зависит от задач, площади и бюджета. Мы за то, чтобы в помещении было не просто красиво, но и комфортно. Если технические условия (особенно вентиляция) не позволяют сделать открытую кухню качественно, лучше сделать ее закрытой, но обеспечить идеальный микроклимат в зале. 

Привязка к контексту обязательна?

Обязательна, но она не всегда лежит на поверхности. Мы проектируем для конкретного места и его аудитории. Контекст — это не только историческая кладка или архитектура здания (с которыми мы тоже взаимодействуем), но и интересы, потребности людей, которые уже живут или бывают в этой локации.

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Секрет прост: мы сами любим хороший кофе и вкусную еду. И нам искренне хочется создавать для этого пространства, где будет уютно и гостям, и команде заведения.

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

Если говорить о кофейнях, то это, безусловно сеть Arabica. Сильный бренд и безупречная связь интерьера с айдентикой — подход, который нам очень близок. С ресторанами сложнее. Например в Москве сейчас много достойных проектов, и выделить один самый выдающийся достаточно сложно. 

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

Интерьер задает сценарий со входа: будет ли это уютная кофейня для завтрака в спортивном костюме или ресторан fine dining с дресс-кодом. Важно, чтобы посуда и подача блюд поддерживали этот сценарий. Мы стараемся плотно взаимодействовать с шеф-поваром, чтобы интерьер и гастрономия рождали единый образ.

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место?

Сейчас у нас в работе несколько интересных проектов, но мы не любим рассказывать о том, что еще не открылось. Среди реализованных объектов выделим кофейню 60 Degrees Specialty Coffee в Лондоне. В этом проекте удалось достичь синергии контекста, бренда и интерьера. Пространство органично вписалось в жизнь города и сформировало вокруг себя русское комьюнити.

Каким должен быть интерьер кафе/ресторана, чтобы захотелось вернуться?

Интерьер, в который хочется возвращаться, — это не просто красивое пространство. Это прежде всего атмосфера. Человек не всегда анализирует, из какого камня столешница или какого оттенка стены, но он безошибочно чувствует, когда пространство продумано с заботой о нем. Ключевую роль играют комфортная планировка, грамотный свет, качественные материалы и внимание к деталям. Когда человеку комфортно физически и эмоционально, он воспринимает место как «свое» и выбирает его снова. Интерьер — это фундамент, но не единственный фактор успеха. Гостей возвращаться заставляют вкусная еда и качественный сервис. Каким бы выразительным ни был дизайн, если кухня разочаровывает, а сервис оставляет негативное впечатление, интерьер не сможет это компенсировать. 

Что самое сложное при проектировании интерьера?

Самое сложное — работать с проектом, у которого нет четкой идеи. Когда заказчик решил открыть ресторан просто потому, что хочет обедать в своем собственном месте, но без сформулированной концепции, названия и понимания аудитории, становится трудно выстроить ту самую «красную линию» проекта. Для общественного пространства особенно важны стратегия, позиционирование и характер бренда. Без этого интерьер рискует стать просто набором красивых решений, не объединенных общей логикой. Наша задача как студии — помочь заказчику сформулировать идею, выявить ценности и превратить их в цельную пространственную историю. Потому что сильный интерьер всегда начинается со смысла.

Что самое интересное? 

Когда появляется идея, которую можно переосмыслить через пространство. Например, в Астане мы работали над проектом ресторана «Негрони»: современная национальная казахская кухня и вопрос о том, какой может быть кухня сегодня, задали тон всему интерьеру. Мы думали о том, как пространство может поддерживать подачу и атмосферу, как история и традиции вплетаются в современный дизайн. Именно поиск ответа на эти вопросы делает проект живым и необычным — тогда интерьер становится продолжением кухни и идеи заведения.

Открытая или закрытая кухня?

Однозначно закрытая. Открытая кухня уже перестала удивлять — сегодня гости «видели все», и она редко становится значимым элементом образа заведения сама по себе. Если открытость оправдана форматом, уровнем гастрономии и сценарием взаимодействия с гостем — это уместно. Но делать ее «по умолчанию» только ради тренда не имеет смысла. Иногда гораздо ценнее сохранить интригу и чистоту зала, сосредоточив внимание на атмосфере, сервисе и подаче.

Привязка к контексту обязательна? 

Не всегда, но чаще всего она необходима. Интерьер — это не универсальный набор приемов, а инструмент для создания определенного опыта. Без понимания контекста — концепции заведения, аудитории, формата и задач — даже самое красивое пространство рискует быть чужим и бессмысленным. Привязка к контексту позволяет интерьеру работать на идею, усиливать впечатление гостя и создавать цельную историю. Без нее дизайн превращается в декоративный набор, а не в пространство с характером.

Поделитесь секретом работы с пространством кафе/ресторана.

Главный секрет работы с пространством — не в красоте или трендах, а в том, как оно ощущается в движении. Мы думаем о каждом шаге гостя: как он входит, что видит сразу, где его взгляд задерживается, где хочется остановиться. Пространство должно подсказывать поведение, а не диктовать его. Высота потолков, глубина посадки, световые акценты — все это создает настроение, даже если посетитель не осознает детали. А еще важно оставлять в интерьере небольшие «открытия»: скрытые углы, неожиданные текстуры, элементы, которые хочется рассматривать снова. Именно эти моменты делают пространство живым и личным.

Интерьер кафе, на который стоит обратить внимание?

CS Somme Café в Фукуоке по проекту Kengo Kuma. Здесь металлическая сетчатая структура навеса создает ощущение легкости и фильтрации света, стирая границы между внутренним пространством и окружающим садом. Пространство ощущается одновременно современным и природным, что усиливает связь с контекстом места. Для нас этот проект демонстрирует, как интерьер может задавать эмоциональный тон визита, работать на впечатление гостей и усиливать опыт пребывания в заведении, превращая обычное кафе в пространство с характером.

Синестезия: от вкуса блюд к образу. Как связан интерьер и блюда, которые готовят?

В кафе и ресторанах интерьер всегда влияет на то, как мы воспринимаем еду: свет, материалы, музыка и атмосфера задают настроение и усиливают впечатление от вкуса. В нашем проекте бара «Упс» эта связь проявилась особенно ярко. Простое меню – например, бутерброд с колбаской, в сочетании с музыкой начала 2000-х годов, светом и мебелью мгновенно возвращает в детство. Интерьер и еда здесь работают вместе, и гости проживают настроение места.

Расскажите о вашем недавнем проекте интерьера кафе. Почему стоит посетить это место? 

Наш недавний проект кафе Plain – про чистоту формы и комфорт. Мы убрали все лишнее, оставив пространство открытым и легким: светлые поверхности, дерево, металл и продуманное освещение создают атмосферу, где хочется задержаться. Интерьер не отвлекает, а подчеркивает вкус — кофе, десерты и разговоры становятся в нем главными. Plain стоит посетить, если хочется простого, но живого пространства, где всё выглядит естественно и понятно.